Кластеры предприятий как средство повышения конкурентоспособности региональной экономики

«Вы хотите «порулить» нами или просто провести мероприятие «для галочки»?» — такой вопрос задал один из директоров, когда осенью 2001 г. мы собрали представителей мебельных предприятий Северодвинска на совещание в администрации. Целью данного совещания было обсуждение возможностей разработки и реализации коллективных программ для малого и среднего бизнеса. Такие программы являются частью работ по реализации стратегического плана муниципального образования.

 

После этого совещания было еще несколько коллективных обсуждений уже на самих предприятиях. Практика совещаний привела к пониманию целесообразности именно такого подхода, сконцентрированного на отдельном секторе предприятий с общим видом деятельности. С одной стороны, участники рабочих групп видят друг в друге конкурентов, а с другой — проблемы у них во многом общие. Традиционные конференции или мероприятия с широким кругом участников приносят меньше пользы, т. к. общих проблем у предприятий различных видов деятельности и организационно-правовых форм не так много (даже налоги они нередко платят разные).

Применение тех или иных подходов к регулированию экономики на региональном и местном уровнях управления определяется различными факторами: 1) наличие методик, разработанных вышестоящими инстанциями, 2) обеспеченность этих методик необходимыми данными, 3) опыт специалистов, работающих в соответствующих подразделениях администраций. В результате сложилась ситуация, когда при обсуждении проблем развития на различных уровнях управления экономикой применяются порой самые современные экономические понятия, а практическая работа «укладывается» в традиционные методики и подходы.

Тот же практический опыт специалистов подсказывает, что, кроме отраслевого, подходов к пониманию того, как работает региональная и местная экономика, пока нет. К тому же государственная статистика традиционно подпитывает отраслевой подход. Причем все хозяйствующие субъекты делятся на юридических и физических лиц. По физическим лицам статистика минимальна. А юридические лица, в свою очередь, традиционно делятся на две группы — круп-ные/средние предприятия и малые предприятия. Критерии деления не всегда понятны. Порой предприятие, возникшее в рыночные годы со штатом более ста человек, так и остается в разросшейся категории малых. Да и отраслевая разбивка несколько устарела — она настолько неточна, что нередко десятки процентов по тому или иному отраслевому показателю остаются «нерасшифрованными» в прочих отраслях. С введением понятия «налоговая тайна» возникли дополнительные сложности с получением данных о сумме налоговых и неналоговых поступлений от различных хозяйствующих субъектов.

В таких условиях нередко сложно понять, какие именно предприятия/предприниматели и за счет каких факторов обеспечивают экономический рост. И тем более сложно проводить осознанную политику перехода на другие экономические «уклады», о необходимости которого в последние годы немало говорится на самом высоком политическом уровне.

Проблемы ускорения экономического роста и повышения инновационной составляющей этого роста являются предметом обсуждения на различных уровнях власти с тех пор, как стал очевидным экономический подъем, последовавший за кризисом 1998 г. Большой блок связанных с этой темой вопросов и проблем получил название «выработки новой промышленной политики». О том, что ее необходимо выработать, говорят и политики, и предприниматели различных уровней. В этом контексте знаменательна статья «От Госплана до наших дней» в журнале «Эксперт», авторы которой обсуждают концепцию промышленной политики, выработанную Российским союзом промышленников и предпринимателей. Данной концепции они противопоставляют подходы к стимулированию экономического роста, применявшиеся в ХХ в. в различных странах Европы и Азии. А в заключение дают краткий обзор концепции повышения конкурентоспособности стран и регионов, которая в последние десять лет ассоциируется с именем американского ученого Майкла Портера и нередко называется концепцией развития кластеров. Напомним, что традиционно, со времен Адама Смита, в понятие «промышленная политика» вкладывалось следующее содержание. Должны быть выбраны приоритетные отрасли экономики,

которые и станут целевыми для оказания поддержки. Поддержка состоит в субсидировании и защите от импорта, предотвращении внутренней конкуренции, которая считается бесполезной или даже вредной. Оказывается поддержка развитию экспорта в другие регионы и страны.

В краткосрочном периоде такие меры могут быть оправданы. Связанные с этим вопросы и примеры сейчас на слуху в связи с дискуссиями по поводу вступления России в ВТО. В долгосрочном — «тепличные условия» для отдельных отраслей и групп предприятий могут привести к снижению их конкурентоспособности.

Как видим, понятие «промышленная политика» напрямую связано с видением экономики как совокупности отраслей. В макроэкономическом плане эта точка зрения может быть верной. Но на уровне регионов и более мелких единиц она не очень полезна. А ведь именно на местном и региональном уровне складываются важные факторы, определяющие конкурентоспособность предприятий. В последние десять лет в вопросах конкурентоспособности стран и регионов значение придается не только тому, в чем страна или регион оказывается конкурентоспособнее других, но и тому, как (за счет каких факторов) ведется конкурентная борьба. Если условия внешней среды приводят к необходимости постоянного осуществления инноваций (в технологии производства, логистике, финансах), они способствуют повышению конкурентоспособности предприятий.

Этот подход отражает тот факт, что, несмотря на глобализацию экономики, условия для экономического развития все больше определяются на локальном (местном, региональном) уровне. Немалая часть условий достижения конкурентных преимуществ (как в операционной эффективности, так и в выборе

уникальной стратегии) не зависит от предприятия. Они определяются внешней средой, в которой действуют компании. Устойчивые конкурентные преимущества могут возникать из концентрации высокоспециализированных профессиональных навыков и знаний, институтов, соперников, связанных друг с другом видом экономической деятельности, а также при удовлетворении спроса искушенных и требовательных потребителей.

Мысли и утверждения, содержащиеся в последних двух абзацах, почерпнуты из книги Пор-тера, изданной на русском языке в 2001 г. Данная публикация представляет собой сборник работ и статей. Один из ее разделов посвящен конкурентоспособности регионов. Выход этой книги на русском языка можно назвать весьма своевременным в связи с потребностью в новых подходах и знании современных мировых тенденций в области конкурентоспособности фирм и регионов. До этого большинство публикаций по данной теме были преимущественно на английском языке.

Кластер — это группа географически соседствующих взаимосвязанных компаний и связанных с ними организаций, работающих в определенной сфере деятельности и дополняющих друг друга. Ряд авторов (в частности, французские) применяют термин «локальная производственная система» (local productive system), имея в виду практически то же самое.

С точки зрения уровня управления и географического охвата принято выделять следующие типы кластеров. Макрокластеры — это группы взаимодействующих и взаимосвязанных отраслей на уровне страны в целом. Региональные кластеры, или месо-кластеры, — это взаимосвязанные между собой отраслевые группы предприятий (секторы) в конкретном регионе. Микрокластеры представляют уровень города, района. На уровне микрокластера в центре внимания оказываются группы предприятий, а не обобщенные отрасли. Уровень микрокластеров позволяет строить программы анализа путей повышения конкурентоспособности, основанные на анализе ситуации и потребностей конкретных предприятий. В идеале работа должна вестись на всех трех уровнях — макро-, месо- и микро-, но в любом случае без конкретных деталей микроуровня любые модели и планы могут остаться только на бумаге, просто как дань моде.

Датские аналитики предложили выделять так называемые кластеры компетенции Имеются в виду национальные и региональные кластеры, которые достигли мирового (высшего) уровня и являются примером для остальных в том, в чем страна или регион считаются наиболее компетентными.

Типы связей в кластере можно классифицировать так, как показано в табл. 1.

Существует три принципа формирования кластеров (им следуют в зависимости от структуры, размера и вида деятельности):

—общность интересов — одни и те же или взаимосвязанные области деятельности, общий рынок или сфера активности;

—концентрация — расположение, удобное для регулярных контактов, в том числе неформальных;

—взаимодействие — взаимосвязи, взаимозависимость с большим разнообразием отношений.

На основе сочетания взаимодействий предприятий по различным типам связей могут формироваться разнообразные виды сетей и кластерных структур:

—микрокластеры, или горизонтальные сети кооперации, — небольшие группы предприятий, осуществляющих совместные проекты;

—цепочки поставщиков (supply chain) типа «звезда» — поставщики комплектующих для крупного сборочного предприятия;

—вертикальные цепочки ценностей (value chain) — в этом случае речь идет о выходе за пределы одной отрасли;

—секторы или группы предприятий одной отрасли;

—географические кластеры — группа территориально соседствующих взаимосвязанных компаний и связанные с ними организации (учебные, исследовательские, консультационные).

Как видим, так называемые чистые (межотраслевые) кластеры

—это только один из возможных видов взаимодействия предприятий между собой. На практике можно увидеть (изучив опыт конкретных стран и регионов), что под «развитием кластеров и сетей сотрудничества» имеется в виду разработка и реализация программ для всех возможных типов и видов отраслевых и региональных взаимодействующих групп предприятий.

В зависимости от целей и методов взаимодействия внутри кластера, выделяют неформальные (скрытые), организованные и инновационные кластеры.

Участники кластера не всегда могут осознавать свою принадлежность к нему. Различные виды связей используются для реализации совместной деятельности разного рода. (табл. 2)

Таким образом, чтобы избавиться от ставшего привычным, но малопродуктивного на локальном уровне видения экономики как совокупности отраслей и перейти от теоретизирования по поводу локальной конкурентоспособности к практическим действиям, надо по-другому собирать и обрабатывать экономические данные. Традиционные методы получения и способы группировки этих данных опять возвращают нас в рамки отраслевого подхода и мало помогают пониманию того, как именно работает экономика в регионе, как распространяются знания, как формируются факторы, определяющие конкурентоспособность предприятий. Важно не само по себе выявление кластерных структур, а то, что в дальнейшем можно видеть в них части общей экономической системы региона. Вокруг таких сетевых структур (то есть региональных экономических подсистем) может быть выстроена политика поддержки и повышения конкурентоспособности экономических субъектов на территории. Анализ кластеров позволяет выявить «узкие места», преодоление которых и определяет направления первоочередных мероприятий по поддержке бизнеса. Этими «узкими местами» могут быть: 1) недостаток кадров или недостаточный уровень их квалификации, 2) недоступность поставщиков специализированных услуг, 3) недостаток знаний в области производства и управления.

В документах, описывающих стратегию отдельных стран и регионов, выявление кластерной структуры экономики и создание системы их развития является промежуточным шагом на пути к формированию экономики знаний. В этом аспекте технологические связи в кластере важны не сами по себе, а в качестве одного из путей передачи новых знаний. Во многих публикациях, посвященных теме кластеров, авторы специально делают акцент на том, что территориальная близость предприятий способствует созданию разнообразных каналов передачи знаний. Но именно уровень микрокластеров наиболее интересен с точки зрения понимания механизмов взаимодействия предприятий, формальных и неформальных путей обмена знаниями/навыками. Причем особенно выделяется распространение неформализованных знаний, которые не поддаются (или плохо поддаются) формализации. Поэтому их нельзя найти в литературе или других источниках, нельзя просто и быстро извлечь и передать для применения в другой стране или другом регионе.

Передача таких знаний происходит неформально, через общение, при переходе сотрудников из одной фирмы в другую и т. п. Существование не только коммерческих, но и тесных социальных связей, регулярное общение создают предпосылки для вырабатывания доверия и культуры сотрудничества. Причиной их вырабатывания может быть, например, регулярное посещение церкви большинством жителей какого-то населенного пункта. Выявление путей передачи разнообразных знаний и навыков в кластерах, работающих на конкретной территории, создание дополнительных каналов передачи информации и стимулирование подобных процессов ведут к формированию инновационных кластеров — структур, нацеленных на постоянное совершенствование за счет поиска и применения новых знаний. Совершенствуются сами товары, технологии их изготовления, методы организации производства, пути и методы продажи и т. п. Особый акцент следует сделать на том, что экономическая инновация не всегда основывается только на научном открытии. Уместно напомнить, что классик экономической науки Йозеф Шумпетер, говоря об экономическом развитии, писал в начале ХХ в.: «Форма и содержание развития в нашем осмыслении … задаются понятием «осуществление новых комбинаций». Это понятие охватывает следующие пять случаев.

1.Изготовление нового, то есть еще не известного потребителям блага или создание нового качества того или иного блага.

2.Внедрение нового, то есть еще практически не известного в данной отрасли промышленности метода (способа) производства, в основе которого необязательно лежит новое научное открытие и который может заключаться также в новом коммерческом использовании соответствующего товара.

3.Освоение нового рынка сбыта, то есть такого рынка, на котором данная отрасль промышленности страны до сих пор не была представлена (в этом случае рынок будет называться новым независимо от того, существовал он прежде или нет).

4.Получение нового источника сырья или полуфабрикатов (также независимо от того, существовал этот источник прежде, или просто не принимался во внимание, или считался недоступным, или его еще только предстоит создать).

5.Проведение соответствующей реорганизации, например, обеспечение монопольного положения (посредством создания треста) или подрыв монопольного положения другого предприятия».

Для того чтобы почувствовать, насколько идеи подобного подхода «овладевают массами», можно обратиться к спискам стран, регионов и отдельных городов, приведенным в упоминавшихся публикациях Портера, Розенфельда, на сайте Всемирного Банка и в публикациях других авторов. В странах Европейского сообщества в течение последнего десятилетия многие регионы накопили практический опыт стимулирования инноваций в рамках различных проектов создания региональной инновационной стратегии. Большое количество отчетов и публикаций, отражающих этот опыт, размещено на сайте инновационных регионов www.inno-vating-regions.org.

В течение последнего десятилетия рабочие группы Организации экономического сотрудничества и развития (Organisation for Economic Co-operation and Development — OECD) занимались обобщением мирового опыта в области разработки национальных систем инноваций (National Innovations Systems — NIS). Отчет за 2001 г. имеет символичное название «Инновационные кластеры. Двигатели национальной системы инноваций». В том же 2001 г. Организация экономического сотрудничества и развития совместно с французской правительственной организацией — «Делегацией по территориальному планированию и деятельности в регионах» (Delegation for

Territorial Planning and Regional Action — DATAR) — проводила во Франции первый Всемирный конгресс по местным клас-терам. К сожалению, Россия не участвовала в нем.

Данный факт, конечно, не говорит о том, что в России все в порядке с инновациями (как в стране в целом, так и в регионах). Доклад Всемирного Банка «От знаний к благосостоянию: преобразование российской науки и технологии с целью создания современной экономики, основанной на знаниях», базирующийся на материалах российских и иностранных ученых, констатирует следующее: «Для России … «точкой отсчета» является ситуация, когда экономическая база страны, находящаяся в депрессивном состоянии и характеризующаяся значительным по размеру быстро обесценивающимся и устаревающим промышленным капиталом, сочетается с высокоразвитой научно-технической инфраструктурой (способность проведения научных исследований, наличие технически грамотной рабочей силы и существование прикладных научно-технических институтов), которая даже сегодня занимает лидирующее положение в мире во многих областях. Но несмотря на то, что Россия обладает одним из лучших в мире научным потенциалом во многих областях фундаментальной науки, российский экспорт состоит главным образом из сырья».

Авторы доклада справедливо утверждают, что большая часть средств, выделяемых на науку, слабо привязана к потребностям предприятий. Финансирование осуществляется на принципах

поддержания существующих структур, распределяется на федеральном уровне. Чтобы строить национальные системы инноваций, экономику, основанную на знаниях, нужно понять, как создаются и передаются знания на самом «нижнем» уровне — уровне предприятий.

Одной из «первых ласточек» кластерного подхода к анализу экономики в нашей стране можно назвать выход книги российских и финских авторов, посвященной формирующимся кластерам северо-запада России. Это совместный проект Института исследования экономики Финляндии (Хельсинки), Центра стратегических разработок (Москва) и компании «Солид-инвест» (Санкт-Петербург) при финансовой поддержке Министерства торговли и промышленности Финляндии.

В данной публикации анализируются региональные кластеры. Вошедшие в обзор регионы являются крупными и по европейским, и по мировым меркам. На этом уровне картина обобщена, видны только «крупные мазки». Цели проекта достаточно практичны: понять, есть ли конкурентные преимущества у традиционных и развивающихся предприятий региона; определить, какие факторы способствуют росту конкурентоспособности предприятий, а какие — препятствуют; самое важное — сделать выводы о целесообразности инвестиций в экономику региона. Причем анализ конкурентоспособности предприятий, претендующих на инвестиции в свое развитие, именно с точки зрения функционирования в рамках существующего кластера характерен в настоящее время не только для финских инвесторов.

Вывод. Если вы хотите привлечь инвестиции в регион, в предприятия своего города, «упаковывайте» ваши доводы о конкурентоспособности в рамки кластерной концепции.

Практическая работа по освоению кластерного подхода на основе предприятий лесного комплекса ведется в Пермской области при участии московской фирмы «Бауман Инновейшн».

Ряд российских авторов считает, что «применение механизма субконтрактации и кластерный подход» позволяют сформировать пути реорганизации больших промышленных предприятий, созданных в советское время. Признавая плодотворность такого подхода, необходимо напомнить, что «одна из целей подхода на основе кластеров — понять, как бизнес «работает вместе» и почему он «работает вместе». Кластерные структуры и сети сотрудничества — это не чисто инженерные конструкции. В их основе лежит коммерческий интерес. Но наряду со стимулированием конкуренции развитие кластеров подразумевает и формирование новой культуры сотрудничества предпринимателей.

Работа должна быть продолжена и на микроуровне — на уровне городов и районов, областей. И здесь нас ждут привычные препятствия, которые упоминались в начале статьи, — отсутствие методического обеспечения и сила привычки. Это и обычная отраслевая направленность подразделений региональных администраций, и традиционные «предметы ведения» (совокупность проблем местного и государственного значения плюс полномочия их решать). Авторы лекций по стратегическому планированию в муниципальном управлении обсуждают сложности разделения полномочий между уровнями управления в контексте принципа субсидиарной ответственности, давно принятого на вооружение в развитых странах. Классический пример несоответствия «предметов ведения» и задач развития местной экономики — образование. В муниципалитетах разных стран мира «предметом ведения» нередко являются школы. Но для повышения конкурентоспособности местных кластеров обязательным является формирование гибкой и ориентированной на местные требования системы повышения квалификации. Такую систему нельзя создать без участия представителей среднего и высшего профессионального образования. Однако в условиях России эти предметы находятся в ведении федеральных и региональных властей. А с таких «высот» местная специфика невидима. У муниципалитетов достаточно проблем и с обеспечением работы школ. Получается, что для усиления местных кластеров надо выполнять несвойственные функции, собирать вместе представителей образовательных структур всех уровней, представителей деловых кругов и искать способы активизации сотрудничества. Возможно, будет лучше, если к этим процессам активно подключится деловое сообщество, поставив перед организациями своего самоуправления (ассоциациями, гильдиями) соответствующие задачи. Эффективность усилий может быть выше. Лидерство частного интереса считается обязательным условием успеха инициатив по поддержке кластеров и сетей сотрудничества. Без него они остаются бесплодными попытками властей посеять семена в неподготовленную почву и могут восприниматься как всплеск активности перед очередными выборами. С самого начала следует стремиться к созданию инициативной группы, которой будут руководить представители делового сообщества, пользующиеся поддержкой властей.

Выводы можно сделать следующие. Если местные власти изъявляют желание «порулить» экономическими субъектами или провести мероприятие «для галочки», менять подходы нет смысла. А если цель — повышение конкурентоспособности местных предприятий как за счет развития внутреннего потенциала, так и за счет привлечения инвестиций (в том числе иностранных), то, видимо, придется осваивать новые методы, в частности, методы выявления и развития местных и региональных кластеров предприятий.

Автор: 

Александр Гусаков – начальник отдела информационного обеспечения Администрации муниципального образования «Северодвинск». В 2000-2001 гг. — директор проекта «Организация общественного партнерства и создание системы моделирования социальноэкономических процессов для разработки стратегии муниципального образования Северодвинск». Окончил МИУ имени С. Орджоникидзе по специальности «АСУ в машиностроении», кандидат экономических наук. (Северодвинск)

Журнал Менеджмент сегодня 02(2004)

Оцените статью
Adblock
detector